Наум Шафер
Книги и работы
 Книги и работы << ...
Историко-теоретический журнал =Киноведческие записки=, номер 78, 2006 год
 

Н.Шафер. В поисках еврейского счастья


[Следующая]
Стpаницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 |

— Соглашайся, мать, — уговаривает отец Корнея старую Двойру. — Все люди с одного корня род ведут... Путину мы уже кончаем, завтра по домам, а там уже и свадьбу можно сыграть...

А песня, нежно-воинственно сплачивая людей разных по крови, но "с одного корня", все крепнет и крепнет... И панорама вечернего Амура с бесчисленными лодками... И костры горят на берегу... И влюбленные парочки в укромных местах... И таинственные тени движутся среди ветвей... И широкие дали — как символ освобождения от сковывающих пут...

Приходи вечор, любимый,
Приголубь и обогрей...
Пел недаром
За рекою,
За рекою соловей...

— Все равно они сделают по-своему, — покорно, но с чувством грустного доверия к молодым произносит Двойра. И на звучащем фоне гениального проигрыша к песне возникает кадр с титром: "И старая Двойра начала готовиться к свадьбе"...

А проигрыш действительно гениален, и об этом композитору писали и говорили как профессионалы, так и любители. И это понятно. Для Дунаевского вступление и проигрыш — это арена, с которой начинается инобытие чувств, запечатленных в основной мелодической части вместе со словами. Порой по выразительности и экспрессии они превосходят саму песню в ее "чистом" виде. Кроме "Ох ты, сердце", можно в этом отношении назвать и другие песни — например, "Теплый ветер легкокрылый" из кинофильма "Новый дом", "Школьный вальс", "Ой, цветет калина" из "Кубанских казаков"... Кстати, в последней песне проигрыш вместе с вокализом уже образуют целую "музыкальную картинку", в равной степени отвергаемую как эстрадными попсовыми певичками, так и в домашнем быту — скажем, за дружеским застольем. В эпоху, когда многоцветное народное голосоведение почти полностью исчезло из быта, никто не хочет себя обременять красивыми протяжными "довесками". Всему, что содержит даже слабый намек на усложненность формы, немедленно дается мятежный отпор. Вот почему песня "Ох ты, сердце, сердце девичье", которая когда-то была сказочно популярна в бытовой среде, сегодня уступила место другой песне — "Ой, цветет калина", с ее более простым мелодическим рисунком в основной части.

О том, что "маршевый" Дунаевский был проникновенным лириком, сегодня уже никому не надо доказывать. Но до сих пор поражает его удивительное многообразие в жанре лирической песни, его рефлексия, обращенная на расширение привычных границ определенного рода музыкальных произведений. Композитор ненавидел сентиментальную бесчувственность и манерную изысканность. Сплавляя разнородные интонации (подчас в пределах одной песни), Дунаевский добивался тонкого психологизма и высокой одухотворенности. Этот широкий диапазон в области лирической песни хорошо подметил А.Сохор:

"Особенно же типично для 30-х годов объединение нескольких традиций в творчестве одного композитора, сплав интонаций разного происхождения в одной песне. В лирике Дунаевского, например, рядом стоят произведения в духе городского бытового романса ("Теплыми стали синие ночи"), джаза ("Звать любовь не надо"), современной крестьянской песни ("Ох ты, сердце") и частушки ("Если Волга разольется")"3.

И хотя Сохор не совсем прав в указании источника песни "Теплыми стали синие ночи" (она основана на интонациях украинского фольклора), концепцию он определил довольно точно. Остается добавить, что в этих песнях ничего не было социалистического, хотя они и были порождены социализмом. Лирические песни Дунаевский создавал с надклассовых позиций, за что его и ценил М.А.Булгаков. А "Ох ты, сердце" стало украшением репертуара наших лучших оперных певиц — Надежды Обуховой, Вероники Борисенко, Ламары Чкония... Особо хочется сказать о Людмиле Зыкиной, которая ввела эту песню (на правах народной) в свою программу "Тебе, женщина!"

Ну а теперь обратимся к языковому казусу в тексте В.Волженина:

Приходи вечор, любимый,
Приголубь и обогрей...

Старорусское "вечор" означает "вчера вечером". Сразу же вспоминается пушкинское: "Вечор, ты помнишь, вьюга злилась..."

Да, Волженин дал маху... Но Дунаевский! За все годы учебы в гимназии у него были круглые пятерки по русскому языку, а пушкинское "Зимнее утро" он помнил наизусть. Начитанный человек, обожавший сборник Кирши Данилова, он хорошо знал, как изъяснялись в былые времена. Как же он мог сочинить музыку на не совсем грамотный текст? А Надежда Андреевна Обухова! Дворянка "голубой крови", восходящая к роду Боратынских, — уж она-то в совершенстве знала старинное русское речение! Как же она могла петь: приходи, мол, вчера вечером, любимый?

На это трудно ответить, но можно. Как-то Роберт Рождественский, рассуждая о магии стихотворных песенных строк, процитировал знаменитую "Калинку":

Калинка, калинка, калинка моя,
В саду ягода, малинка, малинка моя.
Под сосною, под зеленою
Спать положите вы меня...


[Следующая]
Стpаницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 |

Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку
на этой странице, просто выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter

 
Rambler's Top100
Система Orphus
Counter CO.KZ: счетчик посещений страниц - бесплатно и на любой вкус © 2004-2018 Наум Шафер, Павлодар, Казахстан