Наум Шафер
Книги и работы
 Книги и работы << Михаил Булгаков. Оперные либретто. << ...
Михаил Булгаков. Оперные либретто.

Михаил Булгаков. Оперные либретто.

Н.Шафер. Булгаков-либреттист


[Следующая]
Стpаницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 |

Как-то В.Лакшин заметил, что Булгаков, выступая в своих сатирических произведениях против наследственной российской "азиатчины" - бескультурья, одновременно предостерегал от удалой размашистости, то есть от гигантомании, при которой дело берётся нахрапом; писатель иронизировал над дурной самодеятельностью, он полагал, что новые навыки и привычки должны воспитываться систематически и терпеливо. В этом плане удивительна мифологизированная личность Петра Великого, предстающая в одноимённом либретто. Сильный и целеустремлённый, Петр обуреваем тоской по гармонии и счастью. Ему свойственен размах, но не размашистость, упорство, но не упрямство, терпеливость, но не долготерпение. Деяния Петра определяются не его своеволием и иллюзорными мечтами, а насущными потребностями страны... И может быть, подспудную мысль булгаковских либретто следовало бы определить словами Франсуа Мориака о том, что "после катастроф вновь возникают вершины гор". Потому что в каждом из четырёх либретто перед нами катастрофа (в "Минине и Пожарском" - нашествие поляков на Москву, в "Петре Великом" - сыноубийство, в "Чёрном море" - гражданская война, в "Рашели" - оккупация Франции пруссаками) - катастрофа, которая не в состоянии прервать путь человека к вершинам. Не к "зияющим вершинам" коммунизма, а к сияющим вершинам общечеловеческих ценностей. И проститутка Рашель здесь не исключение.

Есть ещё одно обстоятельство, которое могло бы привлечь интерес исследователей творчества Булгакова к этой непопулярной части его литературного наследия: все четыре либретто создавались писателем параллельно с романом "Мастер и Маргарита", и тема Мастера в той или иной степени просвечивает в каждом либретто, сколь бы различны они ни были по содержанию. Главный герой "Петра Великого" предстаёт у Булгакова всё тем же Мастером - одиноким гигантом, который трагически возвышается над всеми окружающими. И если в романе единственный человек, который понимает Мастера,- это Маргарита, то в сюжете либретто таким человеком является Екатерина - единственная верная соратница Петра, понимающая его с полуслова, прекрасно улавливающая малейшее движение его души и утешающая его, как малого ребёнка, в самые трудные минуты жизни. Думается, что слова Елены Сергеевны Булгаковой "Маргарита - это я" в равной степени относятся и к Екатерине.

Конечно, Булгаков не был оригинален в заострении подобной проблемы, то есть в трактовке Петра как одинокой, непонятой личности. Д.Мережковский в третьей части своей знаменитой трилогии "Христос и Антихрист" показал Петра удачливым в борьбе лишь с внешними врагами, что же касается врагов внутренних, то они одолели царя, как комары да мошки одолевают большого одинокого зверя... Нужно напомнить, что и А.Н.Толстой в раннем рассказе "День Петра" и в пьесе "На дыбе" явно гиперболизировал одиночество Петра. Возможно, Булгаков, как и Толстой, находился в плену официальных и бытовых представлений о личности Петра, чья деятельность в настоящее время оценивается значительно объективней и критичней. Поэтому образ Петра у Булгакова следует рассматривать как вариант социальной драмы Мастера, который талантливей прочих смертных и, следовательно, видит дальше и глубже их. И страдает больше всех. Отсюда грустный финал либретто, который всё же не может полностью погасить оптимистического пафоса первых картин, где Петр показан в ореоле величия и славы.

Трагический отсвет ложится и на такую значительную фигуру, как Дмитрий Пожарский. Писатель объясняет инерцию князя не столько его ранением, сколько глубоким разочарованием во многих соратниках, не могущих отрешиться от мелочных интересов даже в минуты смертельной опасности для родины. Пожарский страдает от сознания, что многие русские города, не изведавшие гнёта поляков, обособились от общей народной беды, избрали свой собственный путь и ничем не помогают ополчению. К тому же в самом ополчении кипят низменные страсти, и некуда деваться от ссор и неурядиц. Инициатором духовного пробуждения Пожарского и раскрытия его лучших качеств выступает Минин. Как политический вождь ополчения, он становится связующим звеном между Пожарским и народом. Как известно, именно таким представал Минин и в пьесе А.Н.Островского "Козьма Захарьич Минин-Сухорук": и цельность, и простота героя сочетались с философичностью его мышления и подлинным величием души. Однако, в отличие от драмы Островского, где Пожарский является эпизодическим лицом, в либретто Булгакова князю уделено не меньшее внимание, чем Минину. Не случайно в названии пьесы Островского обозначено одно имя, а в названии либретто Булгакова уравновешены оба имени.

Если соотнести сказанное с образом Рашели из одноимённого либретто, то можно убедиться, что и здесь Булгаков проявляет интерес к личности, выделяющейся из своей среды. Нет сомнения, что, обратившись к новелле Мопассана, Булгаков одновременно "отталкивался" и от оперы Верди '"Травиата", в центре которой образ падшей женщины, возвышающейся над аристократическим обществом. Горестна судьба Рашели: она проститутка. Её сфера - ненавистный публичный дом. Но тем ценнее победа женщины над собственной отверженностью, тем прекраснее пробуждение в ней несокрушимой силы духа.

Есть, однако, существенное различие между новеллой "Мадмуазель Фифи" и либретто "Рашель". Французский писатель сознательно подчёркивает еврейскую национальность Рашели, чтобы сатирически заострить ядовитую мысль: из четырёх французских проституток только одна - еврейка! - оказалась способной защитить честь Франции... Как мы видим, Мопассан от души смеётся над французским читателем. Булгаков же смещает акценты: у него и намёка нет на национальность Рашели. Либреттист ставит перед собой другую цель - ему важно психологически обосновать непредсказуемый подвиг продажной женщины. И вот Рашель, убедившись в ничтожестве бесчинствующих прусских офицеров, вдруг ощущает себя полноценным человеком, способным отомстить за поруганную честь страны. Когда маркиз фон Эйрик начинает сыпать пошлыми остротами по адресу французского народа, а затем грубо оскорбляет Рашель, она всаживает ему в горло десертный нож и при этом успевает с силой выкрикнуть: "От женщин французских тебе мой последний привет!" (Этих слов у Мопассана нет). Данный эпизод значил бы гораздо меньше, если бы он имел самодовлеющее значение (как обычно случается во многих либретто) и не служил бы средством раскрытия характера Рашели, как сейчас принято говорить, в экстремальной ситуации. Ведь в этой же ситуации четверо подруг Рашели (в сущности, четверо кукол) ведут себя совершенно по-иному: они охвачены животным страхом и жалобно вымаливают себе жизнь у поработителей родины.

В идентичном напряжённом эпизоде либретто "Минин и Пожарский" Булгаков решает иные задачи. Когда польский ротмистр Зборовский внезапно бросается с ножом на Пожарского, почти не сомневаясь, что лишь ценой собственной жизни он сможет убить русского князя,- Булгаков полемизирует с теми либреттистами, которые привыкли прибегать к так называемым "драматургическим поддавкам". Мы видим, что потенциальный убийца Пожарского смел, дерзок, красив и, при всём своём коварстве и больном честолюбии, он - достойный противник князя: не осуществив задуманное, смертельно раненный Мининым, Зборовский в последние минуты не раскаивается в своём поступке... Это не единственный случай, когда Булгаков пытается решить проблему "достойного противника".

В либретто "Петр Великий" главный герой мучается не столько тем, что царевич Алексей оказался предателем, сколько тем, что в своём сыне он, царь, не имеет истинного, могучего соперника. Учиняя сыну допрос, Петр стремится вырвать у него правду не потому, что ему нужна именно она (Петр уже давно знает правду), а для того, чтобы, сознавшись в преступлении, Алексей проявил бы мужество и достоинство. Петр буквально вымаливает у сына правду, чутко прислушиваясь к тому, что творится в его душе: "Откройся мне в последний раз, скажи, что замышлял, когда ты к кесарю бежал? За правду участь облегчу твою. Скажи, хотел ли моей смерти, чтоб захватить престол и уничтожить всё, что делал я?" И когда Алексей начинает изворачиваться и хитрить, чтобы скрыть истину, Петр с негодованием и болью восклицает: "Какое сердце надобно иметь, чтоб в страшный час перед судом отечества стоять, в лицо судье смотреть, в лицо мне лгать!"


[Следующая]
Стpаницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 |

Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку
на этой странице, просто выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter

 
Rambler's Top100
Система Orphus
Counter CO.KZ: счетчик посещений страниц - бесплатно и на любой вкус © 2004-2019 Наум Шафер, Павлодар, Казахстан