Наум Шафер
Биография
 Биография << ...
Казахстанский литературно-художественный журнал =Простор= N 2, 2004 год
 

Юрий Поминов. Дом Шафера


[Следующая]
Стpаницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 |

Теперь этой квартиры уже нет. То есть она есть, конечно, существуют те же комнаты, в которых живут другие люди.... Но той, в которой когда-то посчастливилось побывать не одной сотне людей (и мне тоже), уже нет и никогда не будет. Наверное, это скорее хорошо, чем плохо, но я все равно скучаю по той старой квартире...

В ней поражало почти полное отсутствие вещей - в привычном понимании этого слова. И в то же время в ней было очень тесно. Это потому, что все свободное пространство отдавалось пластинкам и книгам. Книг и журналов здесь было - как в приличной библиотеке - более двадцати тысяч единиц. И пластинок - двадцать тысяч штук. Да еще тысяча магнитофонных лент и кассет.

Подобной частной музыкальной коллекции не было в бывшем Советском Союзе. Второе такое частное собрание музыкальных произведений, записанное на пластинках, трудно найти во всем мире. Ее хозяин в достаточно юном возрасте (а ему исполнилось тогда лет пятнадцать-шестнадцать) поставил перед собой заведомо недостижимую цель - собрать образцы лучших музыкальных произведений всех времен и народов. И самое удивительное - то, что ему каким-то образом удалось выполнить эту невыполнимую задачу. "В основном, — уточняет он, — примерно к пятидесяти годам, то есть где-то за тридцать пять лет".

Да, как это ни кощунственно прозвучит, оказывается, вся мировая музыкальная культура вполне может уместиться в 52-метровой двухкомнатной квартире. И уже давно пора назвать ее хозяев - супругов Наума Григорьевича Шафера и Наталью Михайловну Капустину.

"Я коллекционирую музыку, а не исполнителей"

Наум Григорьевич, безусловно, коллекционер. Но, скажем так, коллекционер нетипичный. В отличие от большинства своих собратьев по увлечению, круг интересов которых строго ограничен вполне определенными музыкальными направлениями, исполнителями, жанрами, Шафер формально всеяден. Но в этой всеядности есть своя жесткая логика. Он говорит о себе так: "Я коллекционирую музыку, а не исполнителей. И мой главный принцип отбора - хорошая это музыка или плохая".

Иной коллекционер никогда не уравняет "низкий" жанр с "высоким" - скажем, вальс с симфонией. В коллекции же Шафера все в алфавитном порядке: например, Кальман рядом с Моцартом, а талантливая частушка может соседствовать с симфонией. Наум Григорьевич принципиальный противник эстетства в коллекционировании и во многом благодаря именно своему внутреннему демократизму смог собрать уникальную коллекцию музыкальных произведений, записанных на патефонных и граммофонных пластинках. "В ней может не оказаться каких-то отдельных исполнителей, - уточняет Шафер, - но пробелов в музыкальных произведениях нет".

Всего на самодельных стеллажах, которыми были заставлены не только стены, но и все свободное пространство квартиры, например пол (не хватало места!), разместилось более двадцати тысяч пластинок. В том числе десять тысяч бьющихся, которые не выпускаются уже больше тридцати лет. Кроме бывших советских заводов и студий грамзаписи - Апрелевской, Ленинградской, Рижской, Ташкентской — здесь представлены пластинки всех других существующих в мире студий, фабрик, заводов, фирм. В коллекции есть пластинки, которым не менее ста лет, и выпущенные сравнительно недавно.

Мне посчастливилось подержать в руках, ощутив ее благородную тяжесть, пластинку, выпущенную в начале века французской фирмой "Пате" (откуда потом пошло и само слово патефон). А потом мы с Наумом Григорьевичем и Натальей Михайловной слушали прекрасно сохранившуюся (почти сто лет прошло!) мелодию русско-славянского танца, и я видел, как преображались их лица, каким восторгом они были наполнены. Для меня самого открытием стало и то, что эта старая пластинка имеет 90 (а не 78, 45 или 33) оборотов в минуту, а иголка на ней устанавливается у центра и движется по мере проигрывания к краю пластинки, а не наоборот, к чему мы все привыкли. Запись музыки на ней осуществлялась еще так называемым механическим способом, который впоследствии был заменен более совершенным и прогрессивным электрическим.

А потом мы слушали одну из первых отечественных казахских пластинок, выпущенную в 1936 году. Это был кюй "Кенес" в исполнении Жаппаса Каламбаева и Лухмана Мухитова...

Мы слушали "Однозвучно гремит колокольчик" в исполнении хора Донских казаков под управлением Сергея Жарова - эту песню, которая никого не оставит равнодушным. "Вы чувствуете, как они умирают без Родины, вы ведь знаете, что хор в полном составе эмигрировал из России вскоре после революции", - комментировал Наум Григорьевич. Откуда мне было знать об этом...

Бьющиеся пластинки, составляющие половину шаферовской коллекции, или десять тысяч единиц, имеют особенную ценность. И вот почему -просвещал меня Наум Григорьевич. Эти пластинки начали выпускаться в советской России с 1918 года, когда запись велась механическим способом. С 1932 по 1969 год музыку записывали уже электрическим способом. И лишь потом появились небьющиеся пластинки. Так вот, только с 1932 по 1969 год на бьющихся пластинках в Советском Союзе выпущено 48 тысяч записей - музыкальных произведений, спектаклей, стихов, речей... Многие из них поистине уникальны, бесценны. Они хранят реальные "голоса" инструментов, живые голоса исполнителей. Но музыкальный слух иных эстетствующих меломанов коробит шип, издаваемый старыми пластинками при проигрывании. (Шаферу он, напротив, нисколько не мешает.) Отчасти поэтому, а отчасти из-за того, что бьющиеся пластинки попросту хрупки, и реставрируются записанные на них произведения. Дело это, бесспорно, нужное, благородное, но при реставрации в погоне за чистотой звучания зачастую стремятся во что бы то ни стало избавиться и от того самого "шипа". И вот тут, по мнению Наума Григорьевича, происходят непоправимые вещи, по сути - катастрофа. Он называет это потерей тембровой окраски исполнения, в результате чего ослабевает, теряется мощь, сила звучания, объемность музыкального произведения. В подтверждение Наум Григорьевич проигрывает оригинального, а затем "отреставрированного" Шаляпина - "Из-за острова на стрежень" - и это действительно как земля и небо. "Долгоиграющие небьющиеся пластинки - безусловно, гениальное изобретение, — убеждал меня Шафер, — и я совсем не против прогресса, но только когда на них записывают современных исполнителей, а не копируют прежние записи, уродуя их".


[Следующая]
Стpаницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 |

Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку
на этой странице, просто выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter

 
Rambler's Top100
Система Orphus
Counter CO.KZ: счетчик посещений страниц - бесплатно и на любой вкус © 2004-2017 Наум Шафер, Павлодар, Казахстан