И.Дунаевский, Л.Райнль. Почтовый роман.

Переписка И.О.Дунаевского и Л.С.Райнль. 1937 год.

Торопливо берется за перо и приписывает:

Сейчас мне очень некогда. Подвернулась спешная работа. Простите, напишу в следующий раз поподробнее.

Спокойной ночи... то есть (что это со мной!) всего хорошего или найкрасчего, как здесь говорят.

Людмила

Включив лампу и торопливо раздевшись, ныряет под простыню. Несколько секунд лежит с широко открытыми глазами, затем невольно веки слипаются, усталость берет свое. Спит крепко и без снов.

За стеной мертвым сном труженика храпит отец. Нос его выводит хроматические гаммы, затейливые и игривые...

"Пути твои неисповедимы, Господи"⁴.

Москва, 1 августа 1937 г.

Милая, хорошая Милочка! Ваше письмо получил в Ленинграде за два часа до отхода поезда. Спешу Вам написать хотя бы несколько слов. Я в Москве, откуда сейчас еду дальше в Севастополь, потом морем куда глаза глядят. Обязательно Вам напишу подробное письмо. А пока сердечно благодарю Вас за Ваши выпуклые письма. Знайте, что я без них буду скучать. Поэтому пишите в Ленинград - мне перешлют. Во всяком случае, когда будете возвращаться в Москву, напишите, где в Москве Вас разыскать.

"Ужасно" хочу Вас увидеть, какая Вы.

За латинское замечание не сердитесь - это я хотел сам хвастнуть давно растерянным знанием этого языка.

Желаю Вам радости, смеха, здоровья. Простите, что мало пишу. Но это понятно - ведь я мимоездом.

Сердечно Вас приветствую и крепко жму руку. Я бы поцеловал Вас, да... Впрочем, целую крепко.

Вы - хорошая. Вас поцеловать даже просто нужно.

Ваш И. Дунаевский

[Первая половина августа 1937 г.]

При первом взгляде на Ваше письмо я хотела разразиться гневом. Как?! Чем больше я пишу, тем меньше Ваши письма! И я уже решила написать Вам лишь несколько строк, проверить, правильно ли подмечена обратная зависимость в размерах писем. Но... оказывается, слишком рано погорячилась. Вы отвечаете на мои мысли и полностью разбиваете первоначальное впечатление.

Вы путешествуете морем - счастливец! Я никогда не плавала на морских пароходах, хотя у моря бывала не раз. Вы часами будете просиживать на палубе на каком-нибудь соломенном кресле, томясь от безделья, - вот этим-то я и воспользуюсь! Вы, милостивый государь, как-то обещали мне написать подробнее о себе. Извольте же исполнить данные обещания. Отдерните край занавеса и дайте взглянуть на Вас поближе. Вы не смеете (!!!) отказываться! Меня очень интересует Ваша жизнь, вся, начиная с Ваших родителей и кончая днем, когда Вы получите это письмо.

То, что я умею шутить, я Вам, кажется, доказала. Но Вы меня не знаете серьезной, а таковой я бываю очень часто. Вот, например, - мне очень хочется с Вами познакомиться, но... в то же время я боюсь этого. Вы, возможно, составили себе мнение обо мне, не совсем совпадающее с действительностью. Возможно, я представляю Вас иным, чем Вы есть на самом деле. Так вот, я боюсь разочарования - и Вашего, и своего.

Видите, я очень откровенна. И всегда после такой откровенности в письмах, при последующих встречах даже со знакомыми, бываю очень дикой, потому что мучительно стесняюсь того, кто хоть немного заглянул мне в душу. Особенно, если человек не понимает происходящего со мной и не поставит себя сразу же на правильный путь.

Вот, например, с Вами я говорю в письмах обо всем откровенно, связно излагая мысли, но что будет при знакомстве? Эта проклятая застенчивость будет сковывать мне язык или же я деланно подниму настроение - и то и другое Вас может оттолкнуть; хотя хорошо знающие меня люди и ценят меня как хорошего собеседника (заметьте, я не говорю даже собеседницу). Вот каковы мои соображения по этому поводу. Что скажете на это Вы? Полагаюсь на Ваш жизненный опыт и знание людей, безусловно, более солидные, чем мои.

В Москву я еду числа 15-го августа, нужно устраиваться с общежитием. Дело в том, что мои сожительницы нынче выскочили замуж, и одна хочет свить свое семейное гнездышко в нашей уютной трехместной комнатке. Поэтому-то я и должна выехать пораньше, поэтому и Вас попрошу писать мне по адресу: Москва, 75, до востребования.

Пока же примите мои пожелания счастливого пути, которые от дальности расстояния не потеряли своей теплоты.

Долго ли будете Вы путешествовать? Не отдохнуть ли Вам немного в Москве - до 1-го сентября?

Жду от Вас какой-нибудь экзотической карточки, например - что может быть оригинальнее! - Вы верхом на дельфине! Серьезно, была бы очень рада, если бы Вы подарили мне свою карточку. Это было бы знакомством на расстоянии.

Мила

В детстве дядя прислал мне с братишкой несколько своих стихотворных сказок с чудесными иллюстрациями. Мы сообща с мамой - не знаю, кто в какой мере (мама, очевидно, в преобладающей) - переложили их на музыку и очень любили распевать. Меня очень интересует Ваше мнение об этих песенках, я постараюсь их записать на нотной бумаге⁵.

С нетерпением жду ответа.

Все больше и больше начинают нравиться "Колыбельная Мери" и "Лирическая" из "Искателей счастья", особенно вступление⁶.

23/VIII-37 г.

75-е почтовое отделение. Людно. К окошечку с надписью "До востребования" подходит девушка и робко спрашивает:

- Головиной нет ли письма?

Человек быстро просматривает почту.

- Нет.

Девушка мнется у окошечка.

- Посмотрите, пожалуйста, внимательнее. Должно быть.

Человек раздраженно пожимает плечами, собираясь что-то сказать, но в этот момент, посмотрев случайно на стоящую у окна, видит молящий взгляд и... медленно переворачивает еще раз письма.

- Нет. Головиной - нет.

Девушка в замешательстве не отходит от окошка. Внезапно в голове ее мелькает новая мысль:

- А вновь пришедшую почту разбирали?

- Нет еще, но это будет не скоро, через час, полтора...

Девушка сразу оживает.

- Ничего, я подожду. Мне спешить некуда.

Отходит от окошечка и скромно усаживается поблизости. Часа через два решается напомнить о себе:

- Ну что, разобрали почту?

Человек смотрит недоумевающе, затем вспоминает и просматривает еще раз корреспонденцию. Девушка не сводит жадных глаз с его лица. Тот уже с жалостью:

Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку
на этой странице, просто выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter