Наум Шафер
Книги и работы
 Книги и работы << Михаил Булгаков. Оперные либретто. << ...
Михаил Булгаков. Оперные либретто.

Михаил Булгаков. Оперные либретто.

Минин и Пожарский (Либретто оперы в четырех актах (девяти картинах)


[Следующая]
Стpаницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 |

Действующие лица

ИЛЬЯ ПАХОМОВ, сын посадский.

ГЕРМОГЕН, патриарх.

ГОНСЕВСКИЙ, начальник польского войска в Москве.

ФЕДЬКА АНДРОНОВ, боярин.

МИНИН, один из старост в Нижнем Новгороде.

МАРИЯ, приемная дочь Минина.

ПОЖАРСКИЙ, начальник ополчения.

МОКЕЕВ, гонец.

ХОДКЕВИЧ, гетман литовский.

ЗБОРОВСКИЙ, польский ротмистр.

БИРКИН, стряпчий.

ШЕРЕМЕТЬЕВ, воевода.

ПЕТРУСЬ, казак-запорожец.

ТРУБЕЦКОЙ, начальник казацкого войска.

ОДАРКА, казачка.

АВРААМИЙ ПАЛИЦЫН, монах.

<Донской казак.>

<Первый ратный.>

<Второй ратный.>

Русский народ, старосты нижегородские и воеводы, казаки, литовцы, поляки, немцы-драбанты, татары, мордва.

Действие происходит в 1611 - 1612 годах.

 

АКТ ПЕРВЫЙ

К а р т и н а   п е р в а я

Ночь. Темница в Кремле. Лампада. В окошке за решеткою луна. Гермоген прикован к стене. Слышится дальний католический хор, поющий по-латыни. Бьют далеко башенные часы.

ГЕРМОГЕН. Полночь... Но сон от глаз уходит. Я не ропщу и жду, когда придет сон вечный, и радуюсь, что он настанет вскоре, что не услышу я, как чужеземцы поют заутреню в Кремле. Я не увижу, как погибнет вовсе наш предел российский и настанет царствующему граду конечная теснота. Сон бесконечный, приди, приди и погаси и слух и зренье усталого раба!

Шорох. Плита в полу поднимается, и выходит Илья Пахомов.

ПAXOMOB. Владыко, тише!

ГЕРМОГЕН. Кто ты?

ПАХОМОВ. Нижегородец, сын посадский, Илья Пахомов. Я знаю ход в Кремле подземный, полякам неизвестен он.

ГЕРМОГЕН. Зачем проник сюда, безумный?

ПАХОМОВ. Пришла к нам смертная погибель! Остался наш народ с одной душой и телом, терпеть не в силах больше он. В селеньях люди умирают, отчизна кровью залита. Нам тяжко вражеское иго. Отец, взгляни, мы погибаем! Меня к тебе за грамотой прислали, а ты в цепях, в цепях, несчастный! Горе нам!

ГЕРМОГЕН. Мне цепи не дают писать, но мыслить не мешают. Мой сын, пока ты жив, пока еще на воле, спеши в Троице-Сергиевский монастырь. Скажи, что Гермоген смиренный велел писать народу так: идет последняя беда!

ПАХОМОВ. Идёт последняя беда!

ГЕРМОГЕН. Царь польский Жигимонт отчизну нашу отдал на поток и пламя и посадил к нам сына Владислава. И если не поднимется народ, погибнем под ярмом, погибнем!

ПАХОМОВ. Исполню всё!

ГЕРМОГЕН. Спеши отсюда, на страже немцы. Берегись!

ПАХОМОВ. Прощай, прощай, прощай! (Скрывается)

ГЕРМОГЕН. Не оскудела храбрыми российская земля и век не оскудеет.

(Глухой выстрел).

Боже!

Загремели засовы. Вбегает немец-драбант. Плита поднимается. Из-под неё выскакивают двое драбантов, втаскивают Пахомова со связанными руками.

ДРАБАНТ. Готт фердамм мих!

Входит Гонсевский.

ГОНСЕВСКИЙ. А, поймали птицу!

Вбегает Федька Андронов.


Вот погляди, боярин, как патриарх изменников приваживает по ночам.

АНДРОНОВ. Расстрига он, не патриарх! Изменник королю, заводчик смуты!

ГЕРМОГЕН. Презренный червь.

АНДРОНОВ. (Выхватывает нож.) Ах ты!

ГОНСЕВСКИЙ. Нет, погоди, боярин, ты горяч. (Пахомову.) Кто ты таков, холоп?

ПАХОМОВ. Ты так меня не называй, я вольный человек. А вот другой перед тобою, наш боярин, Андронов Федька, он холоп!

АНДРОНОВ. Пытать его!

ГОНСЕВСКИЙ. Нет, погоди. (Драбантам.) Обыщите, нет ли посланья на груди.

Пахомова обыскивают.

Зачем проник в темницу?

ПАХОМОВ. Хотел я поглядеть, как старика вы держите в цепях.

ГОНСЕВСКИЙ. Ну, добро! Я вижу, что ты боек, хлопец! Мне надоело их пытать и вешать. Эй, приковать его!

Пахомова приковывают.


Сиди же здесь во тьме, гляди на старика до самой смерти. Удвоить караул! Пойдём, боярин. Прощай, чернец безумный!

Уходит с Андроновым и драбантами.

ГЕРМОГЕН. Молись, молись, мой храбрый сын! Ты молод, сердце жалость точит.

ПАХОМОВ. Нет, не могу молиться. О чём просить мне бога? Лишь о скорой смерти!

ГЕРМОГЕН. Безумец!

ПАХОМОВ. Луна, луна, за что меня сгубила? Уж я достиг стены, но выдал лунный луч, меня заметили, схватили... Ах, неудачлив я, туда мне и дорога! Но мне невесту жаль. Гонцы найдутся без меня, дадут ей знать, как я, несчастный, пропал из-за луны. Она узнает и заплачет, а я ни плакать, ни молиться не могу! Мне подвиг совершить не удалось!.. Тоска меня терзает!

ГЕРМОГЕН. Будь прокляты мучители навеки! Тебе венец, мой сын, венец!

ПАХОМОВ. Тоска, тоска меня терзает... Тоска!

Темно.

 

К а р т и н а   в т о р а я

Осенний рассвет. Двор дома Минина в Нижнем Новгороде на обрыве над Волгой.

МИНИН (Один). Рассвет! Я третью ночь не сплю, встречая рассвет осенний и печальный, и тщетно жду гонцов с вестями из Москвы. Их нет, и ночи тишину не нарушает топот их коней.

Рассвет и тишина! Ужели богом забыт наш край? Не слышно бурлаков с их слезной песней, не видно лодок на реке. И нету дыма в селеньях дальних, умерщвленных великим гневом божьим, гладом, мором и зябелью на всякий плод земной! Молчит родная Волга, но здесь в тиши я слышу стоны нищих, я слышу плач загубленных сирот, великий слышу плач народный, и распаляется огнем душа, и дальний глас зовет меня на подвиг! О, всевеликий боже, дай мне силы, вооружи губительным мечом, вложи в уста мне огненное слово, чтоб потрясти сердца людей и повести на подвиг освобождения земли!

Дай орлий лет и сердце твердо и укажи мне правый путь! Возьми, возьми меня избранником своим! Я подыму с земли сей храбрых, с собою в бой их поведу и изгоню врагов с земли!

Но если нам придется пасть, не выбив всеядный меч из рук чужих, дай пасть в бою!

Падём, падём, и ветер прах развеет, и кости выбелит бойцов, и ржавые доспехи затянет всемогущая земля. И там, где бой кипел, взойдёт зелёная трава. И в землю мы уйдём, как вышли из земли.

Да, мы уйдём, земля затянет прах, но над курганом боевым взлетит и наша память. Помянут в песнях нас над водною широкой гладью и на песчаных волжских берегах, и над полями и лесами великого родного царства песнь не умолкнет никогда! Нет, прочь печальные мысли, прочь, малодушие! Меня мой вещий голос не обманет, родное царство с боем встанет, и мне достанется и честь и слава быть избранником его! Мы победим, мы победим!

Что это? Топот? Нет, нет... Повсюду тишина. Пойду и я в тиши хотя б в часы рассвета сомкнуть глаза. (Уходит.)

Слышится конский топот. Появляется Мокеев, стучит. Выходит Мария.

МАРИЯ. Кто тут? Мокеев, ты?..

МОКЕЕВ. Буди отца! Буди, скажи, что вести есть!

MAPИЯ. А где ж Илья? Мокеев, не томи, скажи, зачем один вернулся ты? Ильюша где же? Ты молчишь? Ох, сердце чуяло беду! Ох, не молчи, зачем меня ты мучишь?

МОКЕЕВ. Горькая участь, девка, твоя! Попался полякам в лапы Илья!

МАРИЯ. Ах!.. Чуяло сердце злую беду! Чуяло сердце!.. Бедный мой сокол, Ильюша!.. Зачем ты, несчастный, невесту покинул? Покинул, взвился в поднебесье и сгинул! И не услышишь ты плач и стенанье моё!

МИНИН (Входит). Кто тут? Чего ты рекой разливаешься? Ты, что ль, Мокеев? Один? Ну, говори!

МАРИЯ. Батюшка милый! Не видать нам Ильюши, не видать никогда!

МИНИН. Жалко тебя мне, жалко, Мария! Только слезами его не вернёшь. Ты не одна! По многим из храбрых плачут у нас. (Мокееву.) Говори, как было дело?

МОКЕЕВ. До Москвы добрались мы с Ильёю вдвоём. Владыко в темнице,все плачут по нём. Тою же ночью мы были в Кремле, есть там подкопы глубоко в земле. Ильюшка пополз и скрылся в норе, я ж на часах стал во дворе. Вдруг слышу выстрел в подкопе и крик... Ильюша выбежал в этот же миг! Хотели мы скрыться, бежать под стеной, только весь двор заливает луной. Грянул поблизости тут самопал. Вижу, Илья не бежит, захромал! "Беги! - он кричит, - а меня не спасти!.. к Троице некому весть отнести... Зачем пропадать нам без пользы вдвоём?.. А Марии скажи, что Илья бьёт челом!"


[Следующая]
Стpаницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 |

Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку
на этой странице, просто выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter

 
Rambler's Top100
Система Orphus
Counter CO.KZ: счетчик посещений страниц - бесплатно и на любой вкус © 2004-2017 Наум Шафер, Павлодар, Казахстан