|
Наум Шафер. Дворняги, друзья мои... Дейк
...Собаку, конечно, надо воспитывать. Но читатель уже, вероятно, убедился, что мы с женой, будучи педагогами, не сумели воспитать своего Дейка. Если честно - то мы к этому особенно и не стремились, поэтому готовы принять любые укоры и нарекания. Хотя можем в чём-то и оправдаться. Я, например, глубоко убеждён, что систематически воспитывать нужно только лишь так называемых "породистых собак", с которыми мы, кстати, никогда не имели дела. А дворняжка - она и есть дворняжка. Зачем обременять её комплексом ненужных знаний? Она перестаёт быть сама собой. Здесь требуется не назойливое воспитание, а просто корректировка поведения. И если собака не злобная (а злобных дворняг не так уж много), то пусть она живёт, повинуясь своей природной стихии. В этом её прелесть и отличие от породистых собратьев. Не настаиваю на своём мнении, но считаю, что дворняга не нуждается ни в наморднике, ни в поводке. Разве что в ошейнике, к которому можно прикрепить маленькую табличку: "Не убивайте мою собаку!" Потому что дворняжка может изъявить желание прогуляться и без хозяина... У Дейка такое желание появляется не менее двух раз в день. В виде "заключительного аккорда" он может попросится и вечером, если его вовремя не выведешь.
Самый тягостный момент для Дейка - это когда мы уходим, оставляя его одного в квартире. Есть дворняги, которые начинают выть, когда хозяин уходит. А Дейк - наоборот. Провожая нас скорбным взглядом (иногда мы не выдерживаем и отворачиваемся), он смиренно ложится на коврике у пианино в позе безвинно обиженного и пострадавшего. Но когда мы приходим - комната оглашается истошным воем, который слышен на всех пяти этажах и далеко на улице. Он прыгает, скачет, норовит лизнуть в лицо, не прерывая воя, похожего на волчий. Вообще наш приход он к тому же воспринимает как своего рода прелюдию к прогулке, поэтому мы, не переодеваясь, тут же его выводим, даже если он в этом особенно не нуждается. Но самое парадоксальное, что при прогулке он нередко теряется (убегает по своим делам, не реагируя на наши возгласы), а потом возвращается домой самостоятельно. Он может отсутствовать от десяти минут до двух и более часов. В последнем случае мы находимся в состоянии беспрерывного тревожного беспокойства. Наташа при этом философствует: "Ну что ж, сколько суждено ему прожить, столько и проживёт. Зато проживёт полноценно, с ощущением абсолютной свободы". Если где-то поблизости "загуляла" сучка, Дейк дома не ночует: дежурит у чужого подъезда. Удержать его дома невозможно - противный скулёж сопровождается неистовым царапанием двери (она у нас уже ободрана с двух сторон).
Наташу Дейк боготворит. Собственно, именно её он и выбрал в качестве "королевы Шантеклера". Меня он воспринимает как "приживала" и ходит со мной гулять только тогда, когда Наташа отсутствует. Если она дома, мне удаётся его вывести всего на две-три минуты. Наскоро сделав свои делишки, он тут же скребётся в дверь подъезда и мчится на третий этаж к своей богине. А Наташа не всегда располагает временем, чтобы гулять с ним. Сколько раз я пытался соблазнить его разными печенюшками и конфетками, выманивая его из дома - мыльный пузырь! Через две минуты он мчится назад. А вот когда Наташи нет дома, он может со мной пойти хоть на край света. Ладушка была не такая. Кто её звал, с тем она и шла. Видать, в памяти Дейка навечно зафиксировано, что именно Наташа спасла его, маленького, в тот неуютный метельный день...
Каждого гостя Дейк встречает громким лаем, порой упорно не пропуская его в комнату. После многократного повторения: "Это свой, свой, свой!" - наконец, сдаётся. А потом, убедившись, что гость действительно "свой", ходит за ним по пятам и даже в виде милости может лизнуть руку. Но знак особого доверия - амикошонское поскрёбывание лапой по колену гостя, когда тот сидит за столом. Дескать, обрати на меня внимание, если уж пришёл. "Нахален, как пресс-служба",- выразился однажды кто-то из гостей.
Особенно настойчиво Дейк пристаёт к Андрею Корчевскому, не давая ему заниматься за инструментом, когда мы с ним репетируем очередную песню для записи на магнитофон. Как только Андрей начинает играть и петь, Дейк почти в соответствующем ритме принимается ударять его лапой по колену. "Я не могу репетировать в такой обстановке!"- возмущается Андрей словами Николая Самошникова из "Весёлых ребят". Сколько раз Дейк срывал нам запись - то ритмичным поскрёбыванием, то скулежом, то громким лаем. Иногда приходилось просить Наташу, чтобы она завлекла Дейка чем-то вкусненьким на кухню, пока у нас шла запись. Но удержать его на кухне можно было не более пяти-десяти минут: пёс рвался к Андрею, чтобы отбивать такт по его колену. Он демонстрировал дружбу, желание "помочь" и никак не мог понять, почему Андрей нервничает... Попробуйте объяснить собачье поведение лишь одним инстинктом - ничего не получится.
Что-то снисходительное и примиряющее появляется у Дейка, когда поглаживаешь его по голове - но не надолго. Пёс не выносит сантиментов. Через минуту-другую он может неожиданно цапнуть (именно цапнуть, а не укусить) того, кто его гладит. Поэтому каждого гостя мы предупреждаем: "Не гладьте его. Если хотите поласкать, потрепите его за уши или слегка похлопайте по мордашке". Но однажды, когда у нас был в гостях Евгений Евтушенко, мы забыли предупредить поэта. Евгений Александрович сидел с нами за столом, разговаривал и машинально поглаживал подошедшего к нему Дейка. Вдруг поэт резко отдёрнул руку и стал внимательно её рассматривать. Оказывается, Дейк оставил на ней следы своих клыков. Мы растерянно и вразнобой стали извиняться, а потом, когда поэт ушёл, сделали Дейку строгое внушение:
- Ты что же сотворил? Решил увековечить себя? Надо же -цапнуть всемирно известного поэта! Неужели не нашёл другого способа войти в Историю?
Ещё одна особенность нашего пса. Он неизменно провожает каждого гостя и выбирает точку на лестничной площадке, откуда удобней наблюдать, как тот спускается вниз. Убедившись, что за гостем хлопнула дверь в подъезде, Дейк удовлетворённо возвращается в комнату.
Трудно поверить, но наблюдательность Дейка - потрясающая. Он усвоил, что когда мы выводим его гулять или уходим из дома без него, то поворачиваем защёлку в замке. И вот однажды в наше отсутствие пёс решил самостоятельно прогуляться. Он стал подпрыгивать у двери и сбивать лапой защёлку. Вернувшись, мы не смогли попасть в квартиру - замок не поддавался ключу, поскольку защёлка оказалась сдвинутой. Пришлось позвать соседа Геннадия Семёновича, который пробуравил отверстие в деревянной двери. И что мы увидели? Визжа, Дейк продолжал подпрыгивать и бить лапой по защёлке. Наташа просунула в отверстие руку и поставила защёлку в правильное положение, после чего мы вошли в прихожую. Добросовестный Геннадий Семёнович тут же "залатал" дверь.
Мы вначале решили, что всё происшедшее - случайность. Но когда через несколько дней Геннадию Семёновичу пришлось "латать" дверь во второй раз, то поняли, что нашему семейному быту грозит величайшая беда - надо что-то придумать. И придумали. Вбили в дверь гвоздь и повесили телогрейку, которая прикрывает замок и защёлку. И теперь, оставшись один, Дейк прыгает и бьёт лапой по телогрейке, но безуспешно: она "мягко" и надёжно защищает защёлку.
"Законное" место нашей собаки - на половике у пианино. (Может быть, именно поэтому у Андрея нет покоя?). Но, пользуясь нашим гнилым демократизмом, Дейк может улечься и на кровати. При этом он стягивает лапой покрывало (опять наблюдательность!) и кладёт голову на подушку. Шустрый и нахальный подражатель! Когда пытаешься его согнать - злобно ворчит и обнажает клыки. А мы, проявляя настойчивость, в то же время пробуем ласково смягчить, так сказать, коллизии и противоречия. Да, мы иногда настойчивы. Но стараемся не обижать пса. Тот, кто обижает собаку, может легко обидеть и человека.
Мы всегда находим аргументы, чтобы оправдать пса. Отмечаем даже что-то "героическое" в его поведении... Недавно два подонка свернули отопительную батарею на первом этаже нашего подъезда. Повод для этого был смехотворный: их не запустила к себе некая деваха, в чью квартиру они прежде запросто приходили. Надо было разрядиться и сорвать на ком-то злость. Молодые преступники (вероятно, подогретые алкоголем или наркотиками) решили отомстить всему подъезду. И вот горячая вода хлынула из развороченной трубы и затопила весь первый этаж. Возникла довольно драматическая ситуация: весь подъезд наполнился облачным паром, как в банной парилке, мгновенно запотели окна и двери - и ничего нельзя было разглядеть. Выбраться на улицу или, наоборот, войти в подъезд было невозможно - ведь хлестала не холодная, а горячая, как кипяток, вода... А Дейк в это время был на улице и пытался проникнуть в дом.
И вот представьте себе неординарную специфику момента: шум воды и мглистая облачность в подъезде, противный запах отсыревшей извести в нашей комнате, надрывный лай Дейка на улице, растерянная Наташа, которая прыгающими пальцами пытается набрать телефонный номер аварийной службы и беспрерывно повторяющая: "Что будет с Дейком? Вдруг он вздумает кинуться в кипящую воду?!". Хорошо, что у нас в гостях были два знаменитых человека - журналистка Тамара Васильевна Карандашова и фотохудожник Едыге Решатович Ниязов. Опытные "собачники", они интенсивно убеждали Наташу, что Дейк не дурак и, следовательно, не сотворит глупости: хотя пёс и неучёный, но что-то, дескать, сообразит... И Дейк действительно "сообразил": минут через десять вбежал в комнату совершенно мокрый... Какую махинацию он совершил, навсегда останется для нас тайной, потому что аварийная служба заявилась лишь полчаса спустя.
- Не приставай ко мне, я тебя не люблю! - может иногда сказать Тамара Васильевна, когда Дейк к ней подходит, царапает лапой и требует внимания.
Не люблю... А вот когда Дейк теряется на прогулке и мы начинаем уверять Тамару Васильевну, что пёс сам найдёт дорогу к дому, она не сдвинется с места до тех пор, пока не докричится до него и он не выскочит из-за угла... Есть какая-то притягательная магия у этого пса, которого обожают все наши соседские мальчишки. А Дейк любит поиграть с ними: к детям он относится с доверием.
Но конкуренции не выносит. Бонифация загрыз, Машеньку выгнал из дому, Ладу довёл до инфаркта... И теперь он царствует в нашем доме, совмещая в своём собачьем лице капризного Повелителя и преданного Служителя... А ведь он, в сущности, ни в чём не виноват. Виноваты мы, и только мы.
...Скоро нам предстоит "великое переселение" на новую квартиру, где можно будет свободно разместить всю нашу громоздкую фонотеку и библиотеку. Будем переселяться не спеша, в течение трёх-четырёх месяцев. Одновременно приучим к новому месту и Дейка. Он вроде бы уже уразумел, что здесь у него более роскошные условия для существования, но в правах будет резко ограничен. Поэтому пёс новый дом воспринимает пока как антитезу старому, где в окрестностях подрастают его щенки от разных матерей. Что будет дальше - увидим...
10 марта 2001 г.
|